"Понтиак" бесшумно скользнул между рядов кокосовых пальм. Малко улыбнулся:

– А что же ваши "шпионы"?

Человек из ЦРУ покачал головой.

– Это очень серьезное дело. Просто так вас бы не вызвали из Европы… А произошло вот что…

Малко слушал его, совершенно ошеломленный.

– Но для чего кубинцам мог понадобиться навахо? – спросил он.

Лицо Альберта Манна стало непроницаемым.

– Я не уполномочен вам этого сказать. Это секретная информация.

Они подъехали к "Беверли Хиллз-отелю". Здание розового цвета с чрезмерно вычурной отделкой терялось в зеленой роще кокосовых пальм. Просто психоделический бред. На полу зеленого цвета лежал ковер, зеленые стены были украшены огромными, тоже зелеными листьями. Недоставало только живых ящериц, чтобы превратить коридор в тропические джунгли. Альберт Манн забронировал для Малко одно из небольших бунгало в глубине сада. Две комнаты и ванная за сто долларов в день.

Как только принесли багаж, Альберт Манн вытащил из кармана фотографию и протянул ее Малко.

– Вы должны стать другом вот этого человека.

– Но это же продюсер Джин Ширак, – сказал Малко. – С каких это пор миллиардеры стали работать на русских?

Человек из ЦРУ осторожно его поправил:

– Мы не говорим, что он работает на русских. У него совершенно чистое досье – с тех пор, как он находится в нашей стране. В этом году будет уже 29 лет со дня его приезда. Он не всегда был американцем. Джин Ширак родился в Венгрии.

– Что же от меня, в конце концов, требуется?

Альберт Манн уселся на постель:

– Чтобы вы с Джином Шираком стали достаточно близки, чтобы можно было понять, что там затевается. Кстати, вот это мы нашли на трупе навахо. Возможно, это знак благодарности или подарок. Возьмите.