Я попытался вернуться к столу. Честно попытался, но очередной телефонный звонок срезал меня посреди комнаты.

   – Да? – снова спросил я. Я всегда отвечаю «да», терпеть не могу рыхлое мещанское «але».

   – Добрый вечер, – вежливо поздоровался со мной голос, начисто лишенный помехами на линии каких-либо индивидуальных черт.

   – Добрый вечер, – только из вежливости согласился я.

   – Можно Сашу? – вот, этот неизвестный таки попался. Когда-то давно, из самых лучших побуждений, я дал своему сыну свое имя, и теперь за это расплачивается вся моя семья. Кто ж мог тогда, в восемьдесят пятом году, предположить, что маленькое создание, не дотянувшее в весе до четырех килограммов, к четырнадцати годам достигнет роста в метр восемьдесят девять, веса в восемьдесят килограммов, и тембра голоса, почти неотличимого от моего.

   Так что, нас регулярно с ним путают по телефону, особенно, если не сообщают, какого именно Сашу им нужно, старшего или младшего.

   – А вам старшего или младшего? – спросил я.

   – Мне Александра Карловича, – чуть подумав, сообщил голос.

   – Это я.

   – Добрый вечер, – снова поздоровался голос.

   – Добрый вечер, – снова поздоровался я.

   – Мне ваш телефон дали в издательстве, – сообщил голос.

   Я молча подождал продолжения. Знаем мы эти звонки. Особенно после того, как вышел мой бессмертный роман. Почти половина знакомых сочла своим долгом позвонить и назваться поклонником моего писательского таланта. От чужого имени, естественно, позвонить. От имени телестудии, с просьбой об интервью, или там от имени московского издательства. Потом все они начинали смеяться, решив, что таким образом очень тонко пошутили.

   – Але? – напомнил о себе голос в телефонной трубке.