Затем ему пришлось двадцать минут сидеть в автомобиле, дрожа от ярости, пока офицер изучал документы, а два других миллиционера стояли рядом, направив на него дула «Калашниковых» – это было обычной процедурой на российских дорогах. Наконец офицер сообщил Скаллу, что тот серьезно нарушил правила дорожного движения, и заставил его заплатить наличными фантастический штраф – тоже обычное явление на российских дорогах, – после чего отпустил американца с предупреждением, что при следующем нарушении скорости у него будет конфисковано водительское удостоверение или на него заведут уголовное дело.

Наконец такси, стоявшее перед ними, тронулось с места, и медленный поток транспорта восстановился. Скалл, к облегчению Перри, снял палец с кнопки гудка.

– Короче говоря, Нил, возвращаясь к моему ответу, – продолжил Скалл, нажимая на педаль газа, – третья и предпоследняя причина нашего приезда в город заключается в том, что мне захотелось купить копченой селедки, которую местные магазины импортируют из Германии, а копченая селедка – одна из немногих вещей в этой стране, вызывающих у меня аппетит. Купить ее где-то за пределами города невозможно, а именно там ведется строительство нашей наземной станции спутниковой связи.

Перри фыркнул, решив, что нужно довести дело до конца и покончить с проблемой.

– А в чем заключается последняя причина?

– В двух или трех кварталах отсюда находится отличная забегаловка, которую облюбовали американцы, работающие для компании «Ксерокс», – ответил Скалл. – И я решил, что там можно чего-нибудь выпить.

Перри удовлетворенно кивнул и откинулся на спинку сиденья. Такой ответ его вполне устраивал.

С точки зрения Скалла, экстравагантное название его должности включало простые и четкие обязанности: его взяли на работу для того, чтобы он помогал своему боссу строить планы на будущее, собирая сведения и делая разумные выводы о том, каким будет это будущее.