— Чего заходил-то, юморист? — Леха нехотя сгреб медвежьей лапой телефонную трубку.

— Телевизор посмотреть.

Игнат дернул дверную ручку, вышел в тесную кишку коридора. Когда-то, до кризиса 98-го, здесь было вообще не протолкнуться. Сегодняшние залежи картонных коробок у стен — пустяки по сравнению с вечной толчеей посетителей в былые времена. Вон там, за той дверью, где сейчас сидят представители мелкооптовой украинской фирмы «Цукер», обслуживал клиентуру астролог Аркадий Аркадиевич. А на дверях в конце коридора вместо таблички «ТОО Стеклопакет» красовалась надпись «Коррекция кармы». До августа 98-го все здешние помещения принадлежали частному предприятию с мудреным названием «Альфхейм». Дефолт-инквизитор заставил «Альфхейм» сначала потесниться немного, а потом... Эх, не хочется вспоминать, как медленно, но верно «Альфхейм» проигрывал в жесточайшей конкурентной борьбе на посткризисном рынке оккультных услуг. Написал заявление об уходе Аркадий Аркадиевич, подался в преподаватели астрологических курсов с относительно твердым окладом. Конкуренты переманили дипломированного специалиста по причинно-следственным кармическим связям. Гадалка баба Варя заявила, что, дескать, ей выгоднее в одиночку промышлять на Арбате. Нашла богатого мужа толковательница сновидений госпожа Сцилла и сразу же забеременела. Метр за метром квадратным частное предприятие отступало все ближе и ближе к выходу из ставшего коммунальным коридорчика, к выходу на тихую улочку в получасе ходьбы от станции метро «Белорусская». Что же касается Игната, так он компенсировал потери в заработной плате рекламного агента совместительством — взялся вести бухгалтерский учет, администрирование и рискнул попробоваться на роль прорицателя.

В оккультный бизнес Игната занесло отнюдь не случайно. Последние шесть месяцев службы в «Останкино» он числился в группе, работавшей над амбициозным проектом для первого канала под названием «Шестое чувство».