Теперь он просто ждал того момента, когда наступит конец рабочего дня и можно будет снять дешевые белые перчатки, которые он ежедневно покупал в аптеке Уолгрина и выбрасывал, уходя домой.

С недавних пор у него появилась привычка постоянно мыть руки.

Итак, воскресным вечером в апреле, явно обещавшим жаркое, как доменная печь, лето, Бен Айзек Голдман снял крышку с мусорного бака, стоявшего у их кафе, и тут кто-то еще бросил в бак пару белых перчаток.

Бен Айзек бросил туда и свои перчатки и лишь затем поднял глаза. Так он впервые столкнулся с Идой Бернард, немолодой опрятной особой, уроженкой Бронкса, работавшей в кафе-мороженом, находившемся рядом с его «Макдональдсом».

Она тоже носила белые перчатки на работе, потому как слишком часто ей приходилось соприкасаться с холодным мороженым. Она делала торты с мороженым – специально для Дня Матери, особо – для дней рождения, а также изготовляла пломбиры, мороженое с фруктами, «летающие тарелки», а также простое мороженое в пластмассовых рожках. Она работала под надзором старика, который всю свою энергию посвящал, однако, не столько производству мороженого, сколько просмотру телевизионных рекламных роликов, а говорил так, словно ему начисто удалили гортань.

Внезапно разговорившись – не отходя от мусорного бака, – Бен и Ида обнаружили, что, помимо белых перчаток, у них имеется немало общего. Например, оба они ненавидели гамбургеры. И мороженое во всех его видах. И они ужасались нынешним ценам. И были уверены, что грядущее лето будет кошмарным. После того как установилось это родство душ, решено было продолжить столь волнующий диалог, где-нибудь вместе отобедав.

Поэтому в восемь часов тридцать минут воскресным вечером Бен Айзек Голдман и Ида Бернард отправились на совместные поиски такого ресторана, где бы не подавались ни гамбургеры, ни мороженое.

– Лично я люблю морковь с горошком, а вы? – осведомилась Ида, взяв Бена Айзека под руку.

Она была выше и стройнее него, но длина шага у них совпадала, и поэтому он не замечал некоторые несоответствия в их наружности.