Сейчас я много думаю о том, что именно приводит нас к тем или иным результатам, итогам. О том, что начало романа всегда определяет его конец, какая бы ни лежала между ними пропасть. Каждый день в мире случается что-либо, противоречащее нашим представлениям о разумном ходе вещей. Одиночная камера, где я сейчас ожидаю суда, дает достаточно времени для размышлений. Некоторые из них принимают форму монологов моих героев. Я не тороплюсь с выводами. Достаточно и того, что сказал в свое время имам Ниматулла:

То, что ты называешь жизнью, — лишь ближний удел преисподней. Огонь пожирает тебя и в минуты любви сладчайшей. Когда же поистине кончатся адские муки и срок свой избудешь,

Вернешься туда, откуда не будет возврата.

Не думай, что грех твой безмерно тяжел и страдания вечны,

Пусть даже в аду не бывает ни года, ни века. Воля Аллаха тебя поместила на грешную землю, Милость Аллаха от жизни страдальца избавит.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1

Вы любите китайскую еду? Многие люди думают точно так же.

Кириллу тридцать два года. У него красивое тонкое лицо с аккуратным мышиным хвостиком эспаньолки на подбородке. Подбородок портит Кирилла, скошенный и жирноватый. Кирилл вертит в руках толстостенный стакан, в котором плещется «Джек Дэниэлс», позвякивая льдом. На правой его руке — еще не потемневшее, яркое обручальное кольцо. Светильник, спущенный низко над столом, освещает наши две лысины, его и мою. Моя голова выбрита почти наголо, череп крупный, выразительной формы.