— Пора просыпаться!

Незнакомец схватил его за локти и перевернул — Ганс ударился затылком о мокрый кафель. Все еще тяжело дыша, он смотрел на бандита, склонившегося над ним на коврике ванной. Крупный мужчина, килограммов сто, не меньше. Под черной футболкой бугрятся мышцы, камуфляжные штаны заправлены в черные кожаные ботинки. Лысая голова, непропорционально маленькая для такого тела, черная щетина на щеках, серый шрам на скуле. «Наверняка наркоман, — подумал Ганс. — Вот он сейчас меня убьет, все тут перероет в поисках ценностей, и лишь тогда до этого поца дойдет, что у меня не было ни цента».

Штаркер растянул губы в улыбке:

— Ну, вот теперь и поговорим? Меня можно называть Саймоном, если вы не против.

Непривычный акцент этого человека Ганс не определил. Маленькие карие глаза, крючковатый нос, кожа цвета старой кирпичной кладки. Лицо неприятное, но неопределенное — может быть испанец, турок, русский, кто угодно. «Что вам надо?» — попытался сказать Ганс, но получился лишь очередной рвотный звук.

— Да-да, и я прошу прощения, что так вышло, — сказал с извиняющейся улыбкой Саймон. — Но мне нужно было продемонстрировать серьезность своих намерений. Лучше сразу расставить все точки над «i», правда ведь?

Как ни странно, сейчас Ганс не был испуган. Он уже принял как факт, что незнакомец его убьет. Что его раздражало — так это бесстыдство бандита, который улыбался лежащему на полу голому человеку. Казалось, вполне понятно, что будет дальше: Саймон потребует коды кредитной карты, с одной соседкой Ганса такое уже было — на восьмидесятидвухлетнюю старуху напали в ее собственной квартире и били до тех пор, пока не назвала код. Нет, Ганса обуревал не страх, а гнев! Выкашляв последние капли воды, он приподнялся на локте.

— На сей раз ты ошибся, ганеф. Нет у меня денег и даже банковской карточки нет.

— Мне не нужны ваши деньги, доктор Кляйнман. Меня не деньги интересуют, а физика. Вы ведь знакомы с этим предметом, как я полагаю?