Доктор Майклс остался крепить бирку, запаковывать в пластик и отправлять голову в холодильник в специальном ящике с предписанием, что впредь до особого распоряжения этот ящик может быть открыт только в присутствии комиссара Нобла или детектива Маквея. Нобл поехал в свой недавно отремонтированный дом в Челси, а Маквей отправился через Грин-парк в Мейфер, в свой номер отеля, обманчиво казавшийся совсем маленьким.
Глава 5
Его крестили в католическом храме Святой Девы Марии в Рочестере, штат Нью-Йорк, снежным февральским днем 1928 года и дали имя Уильям Патрик Кэван Маквей.
В детстве все знали его как Пэдди Маквея, старшего сына сержанта Маквея из полицейского участка. Но с тех пор как двадцать девять лет спустя он распутал знаменитое дело о зверских убийствах в Лос-Анджелесе, никто не называл его иначе как «Маквей» – ни начальство, ни коллеги, ни пресса, ни даже собственная жена.
С тех пор как в 1955 году он стал детективом по расследованию убийств в лос-анджелесском полицейском управлении, две его жены умерли и трое детей окончили колледж. В день, когда ему исполнилось шестьдесят пять, он попробовал уйти на пенсию. Но ничего не вышло. Телефон продолжал трезвонить. «Позвони Маквею, он знает, как заставить проститутку расколоться», «Вызовите Маквея, пусть придет пораскинет мозгами, все равно ему делать нечего», «Я не знаю, спроси у Маквея».
В конце концов он сбежал в свой домик для рыбалки, который построил в горах недалеко от Большого Медвежьего озера; телефона там не было. Но не успел Маквей наладить снасти и подключить кабельное телевидение, как друзья-детективы полюбили приезжать удить рыбу. Они не ходили вокруг да около, а сразу начинали задавать те же вопросы, что раньше по телефону. Наконец он сдался, запер свой домик на висячий замок и пришел обратно в полицию на прежнюю должность.