Искушенный опер его не разубеждал, быстро сообразив, что Витька-Жук по-прежнему жаден и неразборчив в средствах. А значит, наверняка вертится в околокриминальных кругах и может быть полезен в качестве источника инфы. Олег втерся к нему в доверие, они стали приятелями и собутыльниками. А за бутылкой, само собой... Изображая зависть и восхищение, Олег расспрашивал о Витькиных делах, спрашивал совета, глядел в рот и ловил каждое слово, вовсю играя на человеческом тщеславии и раскручивая Жука на хвастовство. Вот так, благодаря пьяненьким откровениям, менты однажды и обезвредили одного педофила, попутно взяв под колпак притоносодержателя; вычислили двух наркодилеров, заодно ликвидировав оба канала доставки героина; привлекли к ответственности трех организаторов заказных убийств, пристрелив киллеров на задании; предотвратили серию терактов, уничтожив склад оружия, и взяли шайку отпетых мошенников, заполучив шикарный компромат на пятерых депутатов госдумы.
Естественно, столь ценного источника берегли изо всех сил. Жука ни разу не привлекли за пособничество и даже старались оградить от треволнений, повязывая его клиентов, когда те гарантированно выходили из контакта с посредником. И Жук продолжал приносить пользу отечеству, находясь в счастливом неведении относительно своей высокой миссии.
Но недавно в отлаженном механизме случился сбой. Дыхову шепнули, будто Жучков чудит. В один промозглый день бесценный агент с утра занял пост у дверей некой булочной и отстоял там до самого закрытия, отлучаясь только в кустики. Бессменная вахта длилась три дня. Лил дождь, налетал холодный шквалистый ветер и, постоянно видя сквозь витрину странную фигуру, нервничали и обсчитывали покупателей продавщицы. Жучков все больше съеживался и чаще топтался, но не уходил.