Нет, не подумайте, я отнюдь не ясновидец и чужие мысли читать не умею. Но я досконально изучил чеченский менталитет, и можете мне поверить – в тот момент Ваха думал именно так! Или примерно так...

– Кто там у тебя в джипе мелькает? В количестве двух штук? – обратился я к Асланову. – Зачем привез, а?! Разве ты забыл – дело секретное, утечки быть не должно!

– Не забыл, – усмехнулся Эмир. – Утечки не будет. Это мои рабы-башкиры. Они оба немые, болтать не смогут. Да и вообще – за их благонадежность я головой отвечаю. – Во взгляде Асланова мелькнуло странное выражение. – А зачем привез? Так не самим же нам трупы перетаскивать...

– Могли бы и сами, – буркнул я. – Чай не графья!

– Откуда они у тебя? – внезапно прорезался Костя.

Секунду Ваха колебался. Но потом (вероятно, задавленный авторитетом грозного «зятя») неохотно рассказал. Завербованные в одном из медресе башкиры отправились в Чечню сражаться с неверными. За деньги, естественно. Однако разбогатеть не сумели. Вскоре отряд, в котором они обретались, был разгромлен чеченским спецназом, лояльным федеральной власти. С пленными поступили по-разному, но вот этих двоих (как не нохчей) продали в рабство клану Беноевых, предварительно отрезав им языки. Некоторое время горе-волонтеров использовали на различных тяжелых работах, а два месяца назад по просьбе престарелого Абдулы переправили в Н-ск...

– Неужто Абдула гуманистом заделался? – ехидно встрял я.

– Нет, не заделался, – спокойно возразил Эмир. – Просто ему понадобились вот как раз такие – здоровые, немые и по гроб обязанные. Для некоторых деликатных поручений внутри диаспоры. Дела они в принципе сделали, так что...

– Ясно, можешь не продолжать, – поморщился я. – Зверье оно и есть зверье!