Клентор совсем сник, не сводя растерянного взгляда с детективов.

— …Но вы сказали «не исключено», значит, вы не уверены, что это Билл?

— У нас есть отпечатки пальцев, снятые с машины мистера Хасбрука. Но, к сожалению, они не очень четкие. Нам бы хотелось, чтобы наши эксперты сняли отпечатки в его кабинете. Необходимо сравнить их с отпечатками пальцев убитого.

— Но ведь проще заглянуть в его бумажник.

— Мистер Клентор, бомба была довольно-таки мощной, — сказал Бронте.

Клентор зашевелился, пытаясь принять более достойную позу. Он криво улыбнулся. Сколько раз Сантомассимо видел подобные улыбки, выражающие растерянность человека перед лицом смерти. Негромкий голос Клентора сделался совсем глухим.

— Но все-таки, вы уверены, что это… Билл?

— Мистер Клентор, пока что мы ни в чем не уверены, — сказал Бронте.

Возникла пауза. Клентор пытался осознать то, что услышал.

— Так его что… взорвали? — с какой-то нелепой наивностью спросил он. — От него ничего не осталось?

— Кое-что осталось, — заверил Бронте.

— О господи! Игрушечный аэроплан! Убит детской игрушкой? Как такое возможно?!

— Его убили не игрушкой, мистер Клентор, — напомнил Сантомассимо. — Модель самолета всего лишь выполняла роль транспортного средства. Смертельной была начинка.

— О господи! — повторил Клентор.

Сантомассимо подался вперед, и теперь его лицо находилось довольно близко от лица Клентора. Деликатно, но настойчиво он пытался вернуть потрясенному собеседнику способность здраво рассуждать и отвечать на вопросы.

— Вы можете рассказать нам о мистере Хасбруке? — спросил он. — Каким человеком он был?

— Билл? Он был прекрасным человеком. Отличным партнером и хорошим другом.

— Он был женат?

— Его жена, Барбара, умерла три года назад.

— И с тех пор…

Клентор поерзал в кресле. Его пальцы безостановочно теребили серебряный портсигар, взгляд затуманился, лицо покрылось красными пятнами, но голос звучал твердо. «Шок постепенно проходит», — отметил про себя Сантомассимо.