И как быть с душой? Тетя Роза из Бруклина свято верила, что в день Воскресения тело человека должно быть целым, дабы он мог возродиться к вечной жизни. А немногочисленные останки Хасбрука уже либо исчезли в огне лабораторного крематория, либо преданы земле Майлзом Клентором. Евреи быстро хоронят своих мертвецов.

Сантомассимо заехал в «Средиземноморье» — итальянское кафе на бульваре Санта-Моника, где готовили великолепный «эспрессо» и настоящие dolce pane,

К счастью, «Средиземноморье» миновала эпидемия хрома, черно-белой плитки и алюминиевых ламп. Здесь царил стиль старой доброй Европы, было по-домашнему уютно, стояли огромные бутылки «Кьянти» с горлышками в три фута, висели связки чеснока и колбасы, одну из стен украшало зеркало в тосканской резной раме и имелся огромный выбор соусов, выставленных в стеклянных мисках, чтобы посетитель мог сделать выбор по собственному вкусу.

После развода, состоявшегося два года назад, жизнь Сантомассимо постепенно вошла в спокойное русло. Правда, почему-то изменились некоторые его пристрастия, и рационального объяснения этому он найти не мог. Теперь он пил только «эспрессо», а до развода отдавал предпочтение чаю. Он вновь полюбил итальянскую кухню, но признавал только хорошие рестораны. Раньше он обожал молочный шоколад, а теперь — горький. Он перестал смотреть мелодрамы и перешел на триллеры и полицейские фильмы.

Развод отрезвляет. Он научил его видеть женщин такими, каковы они на самом деле.

— Dolce? — спросил официант, указывая на стойку с десертами.

— Dolce? Да, Фил, пожалуй. Dolce far niente.

— Ну, это не про вас, лейтенант. Не такой у вас вид! Трудное дело?

— Все дела трудные.

Официант принес марципановую булочку на красивом, покрытом салфеткой блюде.

Сантомассимо внимательно просмотрел последний выпуск «Лос-Анджелес таймс». Ни строчки об убийстве на пляже. Странно. Вероятно, капитан Эмери намеренно не делал заявления, выжидая, когда номер будет сверстан. Но уж толстяк Стив Сафран наверняка не только рассказал об убийстве, но и показал сюжет с места происшествия в 11-часовых новостях. Он страсть как любил все экстравагантное, жестокое и жуткое. Его ночные новости неизменно заставляли содрогаться.