— Видмер, полиция Цюрихского кантона. У нас происшествие. Убийство в Эрленбахе. «Золотой квартал». Работал профессионал.

Фон Даникен поднялся из кресла и выключил телевизор.

— А я-то здесь при чем? Это дело криминальной полиции.

Но он уже собирался: прошел на кухню, вылил холодное пиво в раковину, пристегнул к поясу кобуру, надел пиджак и взял бумажник.

— ИСВБ выдала информацию по личности убитого, — объяснил Видмер. — Дело с грифом «секретно» и пометкой, что двадцать лет назад в отношении этого господина велась оперативная разработка.

ИСВБ — информационная система внутренней безопасности, база данных Федеральной полиции, — хранила досье на более чем полсотни тысяч лиц, которые подозревались в терроризме, экстремизме или в сотрудничестве с иностранной разведкой, не важно — дружественной или нет.

— Кто счастливчик? — спросил фон Даникен, хватая ключи от машины.

— Ламмерс. Голландец. Вид на жительство. В Швейцарии уже пятнадцать лет. — Видмер помолчал и добавил чуть тише: — Есть еще кое-что, вам лучше увидеть это своими глазами.

— Дайте мне полтора часа, ровно девяносто минут.

В действительности же путь в сто десять километров занял у него на пять минут меньше. Выйдя из машины, фон Даникен осторожно прошел по обледенелому тротуару и нырнул под ленту ограждения. К нему тут же двинулся полицейский:

— Добрый вечер.

Фон Даникен похлопал его по плечу:

— Мне нужен капитан Видмер.

— Он там. — Офицер указал в сторону гаража.

Фон Даникен пошел по дорожке к месту преступления, по периметру которого стояли аккумуляторные прожекторы. Мощные лампы освещали лежащего на земле человека. Казалось, он принимает солнечные ванны на пляже «Таити» в Сен-Тропезе. Инспектор посмотрел на тело и огляделся вокруг.

— Чисто сработано, — пробормотал он.

Лысый, широкоплечий мужчина, сидевший на корточках над трупом, поднял взгляд.