— И?..

— Получил места первым делом сегодня утром.

— Великолепно. Отличная работа, Тео.

Мистер Маунт в конце концов навел порядок, отметил всех поименно, сделал несколько объявлений и через десять минут отправил мальчиков на первый урок — испанский с мадам Моник. В коридоре завязался неловкий флирт, когда мальчики на подходе к классам перемешались с девочками. Для занятий они «разделялись по половому признаку» в соответствии с новой методикой, внедренной умными людьми, которые отвечают за образование всех детей в городе. Зато представители двух противоположных полов могли собираться вместе в любых других случаях.

Мадам Моник была высокой темноволосой дамой из Камеруна, что в Западной Африке. Она переехала в Страттенберг три года назад, когда ее муж, тоже камерунец, устроился на работу в местном колледже, где преподавал языки. Она не была типичным для средней школы учителем, как раз наоборот. Как африканский ребенок, она выросла, говоря на бети, племенном диалекте, а также на французском и английском — официальных языках Камеруна. Ее отец был доктором и поэтому мог позволить себе отправить ее в школу в Швейцарию, где она выучила немецкий и итальянский. Испанский мадам Моник освоила в совершенстве, когда отправилась учиться в колледж в Мадриде. Сейчас она работала над русским и строила планы изучить китайский. Ее класс украшали огромные разноцветные карты мира, а ученики верили, что она побывала везде, и видела все, и может говорить на любом языке. Мир огромен, говорила она много раз, и многие жители других стран знают больше одного языка. Ученики сосредоточивались на испанском и подумывали о других языках.

Мама Тео уже много лет занималась испанским, и еще до школы он выучил немало простейших слов и фраз вместе с ней. Некоторые ее клиенты приезжали из Центральной Америки, и если Тео встречал их в кабинете, то не упускал возможности поговорить по-испански. Это всегда их умиляло.