– Что ж ты, Веня, антиквар, всемирно известный эксперт, а дом у тебя новодел? – шутил Корнеев.

– Новодел, новодел, – радостно откликнулся Извольский. – На подлинник не заработал пока.

– Ну ничего, с нашей помощью заработаешь и на подлинник, – заверил Корень.

– А я не против, – с энтузиазмом подтвердил свое согласие Извольский. – И вам дам заработать, и себе. На такой вещи грех не заработать.

В конце ужина, после многочисленных тостов, Корень обратился к эксперту:

– Слушай, Веня, ты говорил, что саблю можно продать еще до аукциона.

– Ну, это бывает, если владельцы спешат или им делают предложение, от которого они не могут отказаться. Вообще, если вещь известная, такое случается довольно часто. Но в любом случае, если лот заявлен, покупка происходит через фирму.

– Да мы знаем, – успокоил Лашевич, – я контракт изучил внимательно.

– Мы заинтересованы, чтобы продажа произошла официально, но без лишнего шума и, главное, быстро, – пояснил Корнеев. – Нам паблисити не нужно. И очень хотелось бы побыстрей.

– Ну что ж, я могу сообщить дилерам, что клиент заинтересован заключить сделку до аукциона. Если кто-то интересуется именно этой вещью, то мы получим информацию уже на следующей неделе.

– Добро, – повеселел Корень. – Сообщай своим дилерам, а мы подождем еще неделю. Если появится что-то стоящее, то останемся, а нет – уедем, а к аукциону вернемся.

– Завтра утром отправлю запрос. Да, не думал я, Слава, что буду тебя обслуживать как официального клиента «Сотбис».

– Времена меняются, Веня.

– Ну что ж, давайте выпьем за дружбу, которая не стареет во все времена.

Поздним вечером, во вторник, в гостиничный номер Корнеева позвонил Извольский:

– Слава, есть клиент.

– Так. Серьезный?

– Я думаю, да, – подтвердил Извольский. – Позвонил известный артдилер из Женевы. Он работает только с очень богатой клиентурой. Клиент хочет осмотреть лот лично. Он прилетает из Брюсселя в четверг. Встреча в два часа дня. Но он выставил условие.