— Либо придержите язык, мисс Коннелли, либо выйдите из палаты, — холодно проговорила сестра Пул. -

Позвольте доктору сделать то, что необходимо.

— Сегодня у меня все равно нет времени пускать ей кровь. — Доктор Крауч многозначительно взглянул на карманные часы. — Через час у меня прием, а потом нужно будет подготовиться к лекции. Завтра утром я первым делом осмотрю эту пациентку. Возможно, к тому времени мисс… э-э…

— Коннелли, — подсказала Роза.

— Мисс Коннелли убедится, что дополнительные меры в самом деле необходимы. — Он резко закрыл крышку часов. — Господа, встретимся в девять, на утренней лекции. Доброй ночи.

Он кивнул и повернулся к выходу. Когда доктор двинулся прочь, четверо студентов-медиков, словно послушные утята, потянулись следом.

Роза бросилась за ними.

— Сэр! Господин Маршалл, верно?

— Высокий студент обернулся. Это был тот самый темноволосый юноша, который поставил под сомнение целесообразность кровопускания для рожениц, тот, что, по его собственным словам, вырос на ферме. Одного взгляда на его плохо садящий костюм хватило, чтобы понять — материальное положение этого юноши действительно гораздо скромнее, чем у его однокашников. Роза достаточно времени проработала швеей и без труда распознала бы добротный материал, однако костюм студента не отличался хорошим качеством — шерстяная ткань, из которой его сошли, была тусклой и бесформенной, ей не хватало лоска, свойственного превосходному сукну. Его коллеги уже выходили из палаты, а господин Маршалл все еще стоял, выжидающе глядя на Розу. Его глаза выглядели усталыми, и она подумала, что для молодого человека у него слишком утомленное лицо. В отличие от всех прочих, он смотрел на нее прямо, словно разговаривал с равной.

— Я случайно услышала то, что вы сказали доктору, начала Роза. — О кровопускании.

Юноша покачал головой.

— Боюсь, я позволил себе вольность.