— У «соседей» есть свой интерес к этой фирме, — сказал Дед. — А у нас, возможно, тоже на нее кое-что имеется. Они бы хотели сами все провернуть. Проследить за тобой, вскрыть твои порочные связи и вывести на чистую воду. А мы им эти планы сорвали. Так что теперь ты не фигурант, а участник совместной операции. Подчеркиваю, совместной. Имей это в виду, когда будешь разговаривать с ребятами из Большого Дома.

— Мне нечего вам сказать, — пожал плечами Вадим. — Тем более — им. Могу проспект подарить, если требуется для дела. Никакой программы «Феникс» я не знаю. Что такое «Глобо» — понятия не имею. Нет у меня никаких зацепок к этой фирме.

— У тебя нет. А у фирмы к тебе, наверно, есть. Они абы кого не приглашают.

— Может, меня спутали с кем-нибудь, — предположил Гранцов. — А может, это рекламный трюк. Вход бесплатный, а выход предложат оплатить по полной программе. Знаем мы таких трюкачей.

Генерал, отдуваясь, отставил чашку и вытер взмокший лоб.

— Спутали или нет, а воспользоваться такой оказией сам Бог велел. Человек ты проверенный, я за тебя с чистой совестью поручился. Полетишь, осмотришься, вернешься и доложишь. На случай рекламной ловушки мы тебя подстрахуем. Есть финансовая возможность. Как я понимаю, тебе еще с супругой согласовать придется. И в этом вопросе прикроем. Конечно, на фестиваль самбы ни одна нормальная жена мужика не отпустит. Официально тебя отправим, скажем, на Кубу, по обмену опытом.

— Регина знает, что такое Куба.

— Тогда — в Караганду. На переподготовку. Вернешься загорелый, свеженький. Она еще благодарить будет.

— Дед, стоп, — Гранцов поднял ладонь. — Какая Караганда? У меня сорок человек одних курсантов. Зачеты пятнадцатого числа. Двадцать Третье отмечать надо, поляну накрывать по полной, гости из Генштаба намечаются. Дел — море. Какая Караганда? И вообще, Регина беременная, как я уеду?