Я кивнул. За годы работы я успел познакомиться со многими старыми юристами, которые рассказывали мне о Микки Хэллере-старшем. Я и сам много чего мог о нем порассказать.

— Впрочем, вызвала я вас не по этой причине, — сказала она. — Вы ведь знали Джерри Винсента?

То, что она воспользовалась прошедшим временем, меня мгновенно насторожило.

— Джерри? Да, я знаю Джерри. А что с ним?

— Он мертв. Убит.

— Убит? Когда?

— Прошлой ночью. Мне очень жаль. Вы были близкими друзьями?

Хороший вопрос.

— Мы выступали друг против друга в суде, когда он работал в окружной прокуратуре, а я в государственной защите. Оба примерно в одно и то же время занялись частной практикой и с тех пор работали вместе в нескольких делах, прикрывали, так сказать, спины друг друга, когда возникала такая необходимость.

С Джерри Винсентом меня связывали отношения чисто профессиональные. Время от времени мы выпивали по стаканчику в «Четырех зеленых полях», однако сказать, что мы были близкими друзьями, означало бы допустить преувеличение. Вне мира закона я с ним почти не встречался. Некоторое время назад я слышал что-то насчет его развода, однако так и не задал ему по этому поводу ни одного вопроса.

— Вы, по-видимому, забыли об этом, мистер Хэллер, но я тоже работала в окружной прокуратуре, когда мистер Винсент начинал там карьеру, и начинал хорошо. Однако потом он проиграл крупный процесс, и звезда его закатилась. И помнится, защиту на том процессе вели вы.

— Дело Барнетта Вудсона. Он обвинялся в двойном убийстве, а я добился его оправдания.

— Тогда почему же Джерри вообще с вами сотрудничал?