Мишка появился не сразу, видно, не мог отклеиться от компьютера. Женщина успела оглядеть Артема с ног до головы и одобрительно подмигнуть Лиде. Та покраснела: жар затопил лоб, щеки, — и покрепче ухватилась за руку провожатого.

— Мам, я хочу к тебе в гости, — Артем говорил чуть насмешливо, сглаживая волнение в голосе.

Мама удивилась, недоуменно пожала плечами:

— Иди, конечно.

Через полчаса отзвонил коммуникатор:

— Артемка, что случилось? Ты где? — мамин голос дрожал от волнения.

— Мне еще километров двадцать до тебя, — Артем глянул на панель такси.

— Каких… Ты разве не по сетке?

— Да нет, — Артему стало неловко, он словно оправдывался. — Решил съездить так.

Тишина. Потом мама неуверенно спросила:

— У тебя ничего не случилось?

К вкусу чая Артем уже привык. Тем более с таким вареньем. Кажется, он скоро изведет все запасы. Когда он испуганно посмотрел на опустевшую трехлитровую банку, Лида засмеялась:

— Ага, все-таки есть то, что у нас лучше!

— Есть! Ты, Мишка и варенье, — признался Артем, соскребая со дна розетки остатки сладкого сиропа.

Лида снова засмеялась, рассыпав волосы по плечам. Артем засмотрелся, даже ложку до рта не донес. Кольнуло — да как же она, такая светлая, живет в этом сумрачном, шумном мире? Не выдержал, брякнул:

— Срочно нужна белая лошадь!

Серо-зеленые глаза распахнулись от удивления.

— Ага, я в кино видел, что раньше женщины мечтали о принце на белом коне. Я бы ездил за тобой следом на гордом белоснежном скакуне и охранял.

— Ты бы не угнался за автобусом! — смех был только на губах, а в глазах — такая нежность, что у Артема перехватило дыхание.

Офис чист до стерильности. Под стать начальнику, Артем подозревал, что даже на физическом теле Роберта нацеплен галстук, и на самом деле он не валяется на диване, а сидит в громоздком кожаном кресле.