Хотелось есть, на обед Артем заскочить не успел. Вытряхивая в печку котлеты, он понадеялся что этот ужин пройдет без происшествий.

— Дядь Тем, — донесся жалобный голос со стороны французского окна.

Мишка стоял на поляне и ковырял вычищенной кроссовкой землю. Сегодня он был в джинсовой ветровке, и под ней кто-то шевелился. Мишка придерживал этого кого-то и с надеждой смотрел на Артема.

— Заходи, — обреченно кивнул тот.

После сегодняшнего дня, полного людей — на встрече присутствовали аж трое, — хотелось спокойного тихого вечера. Даже в сетку не вылезать, чтобы потрепаться. Но недаром же Мишка вспоминался целый день — откуда он только такой взялся!

Мальчишка не стал тратить время, чтобы обогнуть дом, а шагнул через окно и распахнул куртку. На пол упал взъерошенный полосатый кот. Недовольно дернул хвостом, метнулся в сторону и в мгновение ока очутился на шкафу. Сел и уставился на гостя с хозяином злыми желтыми глазами.

— Вот. Это Кузя.

— Да вижу, — Артем с ужасом подумал, что гости в его доме размножаются прямо-таки катастрофически.

— Ну а чего? Мне мама говорит, что ей только кота не хватает при таком сыне. Вот, говорит, неси, откуда взял. А я его на свалке взял! А у вас дом большой, и молоко вы любите. Дядь Тем, возьмите его себе, а?

— На какой еще свалке?

— Ну, у нас там, за пятиэтажками. Раньше деревянные дома стояли, а потом снесли, и получилась свалка.

Артем потряс головой. Свалку он видел — в музее, в голографическом зале. Перед постаментом висела успокаивающая табличка: «Экспонат создан без воспроизведения запаха».

— Так. А теперь давай сядем, и ты мне расскажешь, где это — у вас.

Мишка засопел и снова виновато заскреб кроссовкой.

Ужин снова поделили пополам.