Тяжело вздохнув, Колесов начал рассказ.
Домработницу он нашел по объявлению, вскоре после смерти жены. О предыдущей профессии спросить не удосужился. Спустя небольшой промежуток времени деловые отношения плавно переросли в интимные. По его словам, Валентина относилась к девочке чуть ли не с материнской нежностью. Самостоятельно вылечила от хронической аллергии. Она, оказывается, в некотором роде экстрасенс. В довершение Витька показал мне широкомасштабную цветную фотографию в застекленной рамке. Взглянув на нее, я содрогнулся. На карточке гнусно ухмылялась та самая ведьма, которая против моей воли начала вырисовываться на холсте восемь дней назад...
ГЛАВА 2
Должно быть, я сильно изменился в лице. По крайней мере Колесов испуганно съежился и втянул голову в плечи, словно ожидая удара. В глазах его отразился животный ужас. Прошло секунд тридцать.
– Мистика! – пробормотал я, очухавшись от шока. – Наваждение!
– Т-тебе п-плохо? – пролепетал Витька. – Н-нервное п-перенапряжение! Нужно...
– Упрятать Парамонова в психушку, – криво усмехнувшись, продолжил я. – Ведь ты считаешь меня сумасшедшим. Разве нет?
Колесов уныло промолчал, всем видом показывая, что да, считает!
– Напрасно, Витя, я в здравом уме, а твоя дражайшая домработница... Впрочем, сам увидишь! Собирайся, поехали...
* * *– Вы знакомы! – ревниво заявил Колесов, тыча указательным пальцем в холст. – Ты с ней спал?
– Ох ду-урак! – удрученно вздохнул я. – Видал в жизни идиотов, но таких... Просто слов не подберу!
– Я понял, понял! – не слушая меня, бубнил Витька. – Похищение – твоих рук дело. Ты мстишь за прошлое, а я действительно дурак... Отдай ребенка! – пронзительно взвизгнул он, хватая лежащий на столе кухонный нож. – Изверг! Бандит!
– Не беснуйся! Ручонки повыдергаю, – мрачно посоветовал я и вдруг заметил красное пятнышко лазерного прицела, медленно ползущее по лбу Колесова. Повинуясь годами выработанным рефлексам, я бросился на него и повалил на пол. Звука выстрела мы не услышали. Очевидно, стреляли с глушителем. Разбив оконное стекло, пуля угодила в расписную японскую вазу, стоявшую на полочке точно напротив того места, где секунду назад находилась Витькина голова.