— Доброе утро, детектив, — пропела Кинлан. Сладко. Слишком сладко. Особенно если учесть, что блондинка готовилась показать клыки.

— Доброе утро, мэм, — ответила Джейн, сохраняя нейтральный тон.

— Вы сказали, что в настоящее время несете службу в отделе по расследованию убийств.

— Да, мэм.

— И какие дела вы расследуете в данный момент?

— В данный момент у меня нет новых дел. Но я продолжаю…

— Все-таки вы являетесь детективом бостонской полиции. Неужели сейчас нет ни одного преступления, требующего тщательного расследования?

— Я нахожусь в декретном отпуске.

— О! Вы в отпуске. Значит, в настоящее время вы не работаете?

— Я исполняю административные обязанности.

— Давайте все-таки уточним. Вы не являетесь действующим детективом. — Кинлан улыбнулась. — В настоящий момент.

Джейн почувствовала, как у нее вспыхнули щеки.

— Как я уже сказала, я нахожусь в декретном отпуске. Даже у копов бывают дети, — добавила она с оттенком сарказма и тотчас пожалела об этом. «Не подыгрывай ей. Держи себя в руках». Но это легче сказать, чем сделать в душном зале суда. Господи, что же у них с кондиционером? Почему все так спокойно переносят жару?

— Когда у вас роды, детектив?

Джейн выдержала паузу, недоумевая, к чему она клонит.

— Ребенок должен был родиться на прошлой неделе, — ответила она наконец. — Роды задерживаются.

— Возвращаясь к третьему февраля, когда вы впервые встретились с моим подзащитным, господином Ролло… Выходит, вы были… на третьем месяце беременности?

— Протестую, — вмешался Сперлок. — Это не имеет отношения к делу.

— Адвокат, — обратился к Кинлан судья, — в чем смысл вашего вопроса?

— Это имеет отношение к предыдущим показаниям, ваша честь. О том, что детективу Риццоли каким-то образом удалось в одиночку задержать моего физически сильного подзащитного.