«Все, нечего валяться, нужно вставать!» — сказал он себе. Открыл дверь платяного шкафа, оделся в форму, разработанную в 1914 году комендантом Жюлем Репоном. Неизвестно, что бы чувствовал комендант, если бы узнал, что несколько столетий спустя авторство будут приписывать самому Микеланджело, — гордился бы честью или, наоборот, испытал жгучую зависть? Как бы там ни было и какого мнения ни придерживалось большинство, авторство принадлежит отнюдь не Микеланджело. Если говорить о форме швейцарских гвардейцев, к которым принадлежит и наш сержант, так и не уснувший сегодня из-за ночного холода, то все эти яркие цвета мундиров, действительно восходящие к колориту фресок великого мастера, противоречат настроению сержанта. Он чувствует внутреннее беспокойство, беспричинное волнение. Будто с ним происходит что-то плохое, и на первый взгляд кажется, будто сержант ошибается.

Сержанту Гансу Роггану удалось воплотить детскую мечту: вступить в Швейцарскую гвардию и охранять папу. Но чтобы добиться цели, пришлось выдержать немало суровых испытаний. Например, вести воздержанную жизнь, следуя заповедям Господа. Впрочем, немалое значение имели и отличительные признаки, которыми наделен наш герой: швейцарец, холост, принципиален; рост выше метра семидесяти пяти сантиметров и, самое главное — католик. Он не опозорит мундир, который носили доблестные солдаты папы Юлия II. Если потребуется, то готов защищать папу ценой собственной жизни — точно так же, как и те гельветы, предшественники Швейцарской гвардии, защищавшие папу Клементия VII от тысячи германских и испанских солдат во время Рейнской осады 6 мая 1527 года. В живых осталось только сорок два бойца; по приказу Гёльди папу переправили в безопасный замок Сант-Анджело по passetto — тайному ходу, построенному во времена папства Александра VII и соединявшему Ватикан с крепостью. Остальные воины геройски погибли, но перед этим лишили жизни почти восемьсот врагов. И всякий раз, надев форму, Ганс облачается в славное наследие прошлого, и каждый день душа его наполняется гордостью. Однако сейчас его охватывает тревога; кажется, виной тому совершенно несообразные и нелогичные причины (если только причины бывают нелогичными и несообразными).