После награждения Джона на некоторое время отозвали из района боевых действий и отправили в Кефи, в школу партизанской войны, где он узнал все о взрывчатых веществах: динамите, тринитротолуоле и пластиковых бомбах, а также десятки способов установки мин-ловушек.

1 июля, по окончании курса, Миколи возвращался в свой полк на попутном грузовике. Когда они проезжали через деревушку Касфа, тридцать килограммов взрывчатки с дистанционным взрывателем разнесли грузовик пополам. Придя в себя, Микали увидел, что стоит на четвереньках посреди деревенской площади. Каким-то чудом он остался жив. Едва он попытался встать, как раздалась автоматная очередь, две пули поразили его грудь.

С того места, где он лежал, Джон увидел, как водитель грузовика слабо пошевельнулся по другую сторону горящего автомобиля. Четверо до зубов вооруженных мужчин подошли к несчастному и со смехом окружили его. Микали не мог разобрать, что именно они там делали, но раненый начал кричать. А потом прогремел выстрел.

Мужчины повернулись в сторону Микали, который с трудом сел, припав спиной к деревенскому колодцу. Рука его была засунута под сочащуюся кровью пятнистую куртку.

– Несладко, верно? – по-французски спросил главарь. Лезвие ножа в его руке было красным от крови.

– Случается и похуже, – ответил Микали и улыбнулся, впервые со дня смерти Катины.

Его рука молниеносно выскользнула из-под куртки, а с ней – „смит-вессон магнум", купленный им несколько месяцев назад на черном рынке в Алжире. Первая пуля разнесла череп главаря, вторая угодила одному из его подручных между глаз. Третий мятежник еще только поднимал винтовку, когда Микали всадил ему два заряда в живот. Четвертый в ужасе бросил оружие и пустился наутек. Последними двумя выстрелами Микали раздробил ему позвоночник, и мужчина ничком рухнул в горящий грузовик.