Этот летний вечер, веранда и легкое покачивание кресла заставили ее вспомнить те далекие летние вечера, много лет назад, когда она была влюблена в другого и чувствовала себя очень счастливой. В кармане у нее лежало письмо — она достала его. В свете, что падал из находившегося у нее за спиной окна, она в очередной раз прочла все, что было написано на конверте. Она отправила это письмо какое-то время назад Киту Лондри на его домашний адрес в Вашингтоне, но, судя по конверту, письмо было перенаправлено оттуда куда-то еще, где кто-то вложил его в новый конверт и отослал ей назад, сопроводив небольшой бумажкой, на которой значилось: «Не может быть доставлено».

Кит когда-то предупредил ее в одном из своих писем, что, если она получит подобное извещение, не следует пытаться снова писать ему на тот же адрес. Со временем кто-нибудь с его службы сообщит ей новый.

Энни Бакстер была простой деревенской девушкой, но все же не настолько уж простой. Она поняла, что он таким образом хотел ей сказать: если письмо вернется, значит, его уже нет в живых и кто-нибудь из Вашингтона позвонит или напишет ей, чтобы рассказать, как и когда это произошло.

Вот уже два дня, как письмо вернулось на адрес ее жившей в соседнем округе сестры, которой Кит посылал все предназначавшиеся для Энни письма.

На протяжении всех этих двух дней Энни Бакстер боялась отвечать на телефонные звонки и со страхом ожидала, не появится ли у дома машина сестры с новым, теперь уже официальным письмом из Вашингтона, начинающимся словами: «С прискорбием сообщаем, что…»

Впрочем, если подумать, с чего бы им этим заниматься? Кто она Киту Лондри такая? Подружка давних лет, товарищ по нечастой переписке. Она не видела Кита вот уже больше двадцати лет и понятия не имеет, увидит ли вообще его когда-нибудь снова.