— Проснулся? — сонно пробормотала Мэри, не открывая глаз.

— Ага.

— Ты не забыл, что мы едем на пикник с Ингельманнами? Наверное, пора вставать.

— Нет. Еще рано. Только семь.

— Да? — Мэри затихла. Надо было спросить раньше, а теперь она уже достаточно разгулялась и вряд ли заснет. Попыталась подремать — не получилось. Интересно, о чем он думает? О чем же еще, если не о работе!

Так было даже до женитьбы. Выросший в семье со скромным достатком, он был постоянно обуреваем неутолимой жаждой успеха. Это все, конечно, можно было понять, но он почему-то переложил на нее вину за то, что она не способна иметь детей, и это не давало ей покоя. Мэри постоянно чувствовала, что каким-то образом его подвела, не оправдала ожиданий и потому прощала периодические измены, хотя это было очень непросто.

«Он меня в конце концов бросит. Когда? — Мэри задумалась. — А может, не бросит? Я буду молиться, чтобы этого не случилось, потому что по-прежнему его люблю. — Она открыла глаза и посмотрела на мужа. Он улыбался, и ее горькие мысли временно рассеялись. — Что бы ни случилось, я буду его любить и исполнять обет, данный при венчании».

— Она спит?

— Конечно.

Мэри села, скинула шелковую ночную рубашку, бросила ее на ковер и прильнула к мужу. Они тут же начали заниматься любовью. Она была вся переполнена только им, а он воображал, что делает это с другой женщиной.

— Мама!

— Ой! — Мэри подавила стон. Потребовалось несколько долей секунды, чтобы возвратиться к реальности. Натянув на себя одеяло, она посмотрела на ребенка, стоящего в дверях и прижимающего к груди любимую куклу.