Чарли наконец все же задремал, но очень скоро проснулся и мучился весь следующий день.

Возвращаясь домой, он надеялся, что Лора хоть немного поспала днем. Она неважно выглядела, когда он уходил из дома утром.

Старик Эммонс сидел в гостиной перед телевизором, фыркая своим беззубым ртом. Показывали какую-то старую комедию Филдса. Чарли приветливо заговорил, но запавшие глаза старика пронзили его злым взглядом.

— Ты пришел?

Чарли промолчал, потом, не желая накалять обстановку, спросил:

— Где Лора?

— Пошла в магазин, — ответил старик. — Ты не мог бы помолчать, пока идет фильм?

Со вздохом покачав головой, Чарли прошел через весь дом, пересек задний двор и очутился в гараже. Здесь он оборудовал себе столярную мастерскую. Здесь было прохладно. Он включил бутановый обогреватель и начал работать сверлом. «Все реже и реже я бываю здесь», — думал Чарли. Эта мысль заставила его бросить работу. Он сел на пилораму и прикурил сигарету. «Интересно, — размышлял Чарли, — можно ли меня отнести к числу тех увлеченных мужей, которых притесняют родственники в их собственном доме». Он бросил сигарету на пол и раздавил ее каблуком. Черт подери, этот старикашка хочет испортить ему всю жизнь.

Чарли вернулся в дом. В гостиной никого не оказалось. Но Лора уже была дома — на столе стояла большая сумка с продуктами. Вскоре Чарли услышал голоса Лоры и ее отца, доносившиеся из спальни.

— Он спрятал мои таблетки, говорю тебе! — кричал старик.

— Нет, отец, — терпеливо уверяла Лора, — они были там, в шкафу, где ты их оставил, за коробкой с содой.

— Ты с ним заодно!

— Отец…

— Я не могу это все видеть! Он настраивает тебя против меня.

— Неправда, отец. Мы оба любим тебя и хотим, чтобы ты был счастлив. Мы хотим заботиться о тебе.

Старик Эммонс презрительно фыркнул, не веря словам Лоры, которая зашла в гостиную, собрала продукты и направилась в кухню.