Как только она открыла дверь, все взгляды обратились к ней. На мгновение Барбара почувствовала себя неловко, затем профессиональной походкой модели плавно прошла в центр комнаты и медленно повернулась кругом.
— У нее хорошая фигурка, — отметил продюсер.
— Слишком малы сиськи, — хихикнул Падающий-на-зад-малыш.
Продюсер все еще молча изучал ее.
— Что ты хочешь от манекенщиц, рекламирующих самые последние модели? Лучше, когда они в платьях, чем без них. У нее вроде бы все на месте. — Он посмотрел ей в лицо. — Тридцать пять?
Она кивнула.
Продюсер встал, улыбаясь.
— У меня лучшие глаза в Голливуде. Я ни разу не ошибся за двадцать лет. — Он повернулся к Джеду. — Она подойдет.
Падающий-на-зад-малыш похотливо посмотрел на ее бюст.
— Благодарю за грудь, — запел он фальшивым голосом. Бейлис рассмеялся.
— Прекрати паясничать. Пошли, пора что-нибудь перекусить. — Он направился к двери.
Падающий-на-зад-малыш и управляющий отделением кинокомпании пошатываясь направились за ним. В дверях Бейлис обернулся и обратился к Джеду.
— Расскажи, что ей предстоит делать, и пусть она будет на пресс-конференции в пять часов.
Дверь за ними закрылась. Она и Джед посмотрели друг на друга. Он улыбнулся.
— Возможно, вы хотели бы присесть и перевести дыхание?
Ее ноги неожиданно ослабли. Она благодарно улыбнулась и погрузилась в кресло, которое только что освободил продюсер. Оно все еще сохраняло его тепло.
Джед бросил в стакан несколько кубиков льда и налил туда кока-колу. Стакан передал ей.
— Спасибо, — сказала она, беря стакан и делая глоток.
На следующей неделе она стала самой известной девушкой в Буффало. Не проходило и дня, чтобы ее фотография не появлялась в журналах, дважды за неделю ее помещали в газете “Ниагара Фоллс”. Она принимала участие во всех шоу по местному радио и телевидению, встречалась со всеми влиятельными в этой округе корреспондентами и официальными лицами, Джед всегда был рядом. Ненавязчиво он организовывал съемки ее и продюсера, вместе и порознь. Где-нибудь на фотографии всегда находилось место для рекламы фильма.