В нем пробудилось неведомое ему ранее чувство силы. Он безжалостно сжал свои пальцы. Она так вскрикнула от боли, что птицы с пронзительным свистом поднялись со своих мест. Широко открытыми глазами она впилась в его лицо и молитвенно склонила голову, Почувствовав, как вновь напряглось его тело.

Было уже темно, когда он собрался покинуть ее. Он чувствовал себя сильным и ловким, а трава под ногами напоминала ему ковер.

Он дошел почти до края поляны, когда ее голос остановил его:

— Синьор!

Он обернулся. Она была уже на ногах, и ее обнаженное тело светилось в темноте, создавая впечатление, что она вышла из самой гущи земли. Глаза — как два притягивающих к себе омута, на лице блуждающая улыбка. Во всей ее фигуре чувствовались гордость и удовлетворение. Подружки умрут от зависти, когда она им все расскажет. Ведь это не какой-нибудь работяга, не случайный сельскохозяйственный рабочий. Это порода, настоящая порода, будущий граф Кардинале.

— Спасибо, — сказала она искренне. Он коротко кивнул, нырнул в лес и пропал из виду, прежде чем она нагнулась, чтобы подобрать одежду.

Только шесть месяцев спустя, находясь в школе фехтования, располагавшейся в деревне, Чезаре вновь услышал о ней. Маэстро уже давно отказался от обучения Чезаре, который намного превосходил его и посещал школу лишь для того, чтобы поддерживать свое мастерство.

Дверь внезапно открылась, и появился молодой солдат. Он вошел в небольшой гимнастический зал и огляделся. Его современная форма гвардии дуче странно выглядела в зале, отделанном в старинном стиле, со стенами, увешанными мечами.

Голос солдата звучал напряженно:

— Кто из вас Чезаре Кардинале?

В зале воцарилась тишина. Двое молодых людей, занимавшихся фехтованием, опустили рапиры и обернулись к вошедшему.