– Я начинаю жалеть, что ты не оставил меня там, где обыскивали.
– Это легко можно устроить.
– Ладно. Я почти ничего не знаю, поэтому в том, что скажу, вреда не будет. Сегодня начал разбирать дом в Хиндланде. После смерти владельца. Обычный случай, насколько могу судить. Его фамилия Маккиндлесс.
– Маккиндлесс. – Он проговорил это слово, поворачивая его на языке и смакуя звуки. Первые буквы звучат мягко, последние – жестче. – Маккиндлесс – это имя с историей.
– Рассказывай.
– Я не вспомню сейчас, но когда-то в полицейской колокольне это слово звенело громко. Оставь это мне – может, поищу по нему что-нибудь.
– Буду очень признателен.
– Ага, тебе интересно, да? А значит, ты нашел там еще кое-что интересное.
– Я сегодня был там в первый раз.
– Ладно, дай знать, если найдешь там труп. Веришь или нет, но в этом городке действительно есть серьезное нераскрытое преступление. Пошли, я проведу тебя через пост.
Он поднялся и проводил меня к двери.
– И еще, Рильке. – Я повернулся к нему. – Ты помог мне много лет назад, и я не забыл про это. Но не забывай и ты, что я не так уж много могу для тебя сделать.
Я посмотрел на него – стареющего полицейского в костюме – и вспомнил, каким он был в детстве.
– Я буду стараться.
– Будь паинькой.
Я забрал у сержанта свои вещи и вышел на улицу.
4. Последний кадр
Моя любовь обречена -
Смерть с Красотой обручена.
Проснувшись утром, я долго лежал и смотрел в потолок, потом поднял влажный пиджак, брошенный вчера на пол у матраса. Я залез в карман, надеясь, что табак и папиросная бумага не отсырели. Рука наткнулась на конверт со снимками. Табак оказался вполне сносным, а вот бумага склеилась и никуда не годилась. Я порыскал по комнате и нашел новую пачку, потом залез под одеяло и закурил. Вынул фотографии, добрался до тех, которые еще не видел, и замер.