Марина открыла дверь квартиры. Увидев Юрия, она удивилась, но не подала виду.

— Неужто должок принес?

Он ничего не ответил. Прошел к столу и бросил на него пачку стодолларовых банкнот.

— Подавись! И запомни — ты никогда меня не видела и не слышала обо мне.

— Разумеется, миленький. И не видела, и даже не слышала, хотя все твои рукописи проходят через секретариат, и я не могу не знать о тебе.

— Я все сказал. Если ты еще раз попадешься на моем пути, я перегрызу тебе глотку.

— Страшно, аж жуть!

Юрий захлопнул за собой дверь.

Рудольф стоял возле машины и смотрел на окна шестого этажа. Свет в них еще горел. Он вошел в подъезд и опустил письмо в почтовый ящик. Опять глянул на окна. Свет погас. Через несколько минут из дома вышла Галя. Он помахал ей рукой, и она перебежала дорогу.

— Мы поедем на вашей машине. Я не должен светиться. Итак, мне пришлось нарушить все инструкции, а я дорожу своей работой.

— Нет проблем, моя машина стоит напротив.

— Отлично.

Они направились к красному «Пежо».

В это время какой-то человек, открыв дверь, вошел в квартиру Юрия и Галины. Свет он включать не стал. Зайдя в спальню, рукой в перчатке приподнял подушку, взял револьвер, который Рудольф дал Галине для самозащиты, и черной тенью скользнул к выходу.

Красный «Пежо» остановился возле старого дома на окраине.

— Ее квартира на первом этаже с правой стороны, — сказал Рудольф. — Я подожду вас в машине.

— Она живет в этом кошмарном доме? — удивилась Галина.

— Наполовину уже выселенном. Ее зовут Марина.

— Ее не Юрий интересовал, а его деньги.

— Разумеется. В редакции знают, что он живет за счет богатой жены. А теперь и сам получит жирный кусок пирога по наследству.

Марина ждала гостью. Рудик ее предупредил, спектакль продолжается. Ей грели душу слова Рудольфа: «Ни одна актриса не зарабатывает столько за незначительный эпизод с несложным текстом».