– Конечно, мистер Рикмен. Какие у Вас возражения?

– Я не могу понять, какое отношение эти вопросы имеют к горному обвалу.

– Я тоже, – ответил Гаррисон. – Но мистер Ганн, не сомневаюсь, поможет это разъяснить.

– Я надеюсь получить ответ на мой последний вопрос, – сказал Ганн. – Я спросил, кому принадлежит контрольный пакет акций в международной Корпорации вкладов в горное дело.

Бэллард поднял голову и четко ответил:

– Акционерному обществу Бэллард Холдингс, зарегистрированному в Лондоне.

Ганн улыбнулся.

– Спасибо.

– Ну и ну! – сказал Эдвардс, быстро записывая. – Так он один из тех Бэллардов.

Дэлвуд хмыкнул.

– И Ганн охотится на Рикмена. За рабочих и против международного капитала. Он чует деньги.

Гаррисон легонько постучал председательским молотком, и зал постепенно затих.

– Мистер Бэллард, Вы владеете акциями – и соответственно прибылью – в обществе Бэллард Холдингс? Или какая-либо другая из упомянутых здесь компаний?

– Нет, сэр.

– Кто-нибудь из вашей семьи получает прибыль?

– Да, трое моих дядей и некоторые мои двоюродные братья.

– Но не Ваш отец?

– Он умер.

– Как Вам удалось занять пост директора горнодобывающей Компании Хукахоронуи?

Бэллард пожал плечами.

– Компания – предмет давней заботы нашей семьи, и я полагаю...

– Может ли свидетель подтвердить свое соответствие занимаемой должности?

Гаррисон повернулся, чтобы установить, кто осмелился прервать ход расследования.

– Я был бы Вам очень признателен, если бы Вы не оглашали зал своими криками, мистер Лайалл. Кроме того, Вы не имеете права прерывать свидетеля. – И он произнес уже мягче: – Однако вопрос по существу, свидетель, отвечайте.

– Я получил диплом горного инженера в Бирмингемском университете. Потом завершил аспирантский курс в Южной Африке и США.

Рука Лайалла поднялась.

– Но практическогоопыта горного инженера у Вас нет?