Дин сложил письмо и положил его обратно в карман блейзера. Ему нужно было принять решение. Натан и Клайд ждали ответа сегодня в полдень.

– Эй, как дела, док?

Дин поднял глаза. Сомнения забылись, чувство вины испарилось, тревога пропала, мир снова обрел свои краски, когда рядом оказалась Пайпер Блэкмор.

Она стояла в дверях, держа пару подносов с ленчем, от которых шел запах недавно подогретого мяса.

– Быстрый ответ и никаких подглядываний, – сказала она. – Сколько времени?

Дин улыбнулся.

– Без двух двенадцать, – заявил он с полной уверенностью. – Разумеется, звонок был несколько минут назад, поэтому сложно проверить с точностью.

– Хорошенькое дело, – Пайпер приподняла подносы, – вы опять забыли поесть.

– Нет.

– Нет? – Она склонила голову направо, глядя на него уголком глаза, и ямочки заплясали на ее цветущих щеках. – Вы ели?

Дин встал, помахав рукой в воздухе, приглашая ее войти.

– На самом деле я не ел, но не потому, что забыл.

Она вошла в комнату стремительной подпрыгивающей походкой, почему-то напоминавшей ему ребяческие игры или возню щенков. В этом была сама натура Пайпер Блэкмор. Дин расчистил местечко на своем столе и пододвинул второй стул.

– Это была часть моего коварного замысла – заполучить вас, когда вы принесете мне ленч.

Она засмеялась легко и свободно. Дин пребывал в полной уверенности, что если бы когда-нибудь забил фонтан молодости, то его журчание напоминало бы этот звук.

– Ну вы хитрюга и ловелас, доктор Трумэн.

Он фыркнул, услышав такое простое, но в то же время емкое определение. Пайпер Блэкмор относилась к числу тех немногих людей, которые обращались с ним как с обычным человеком, а не как со звездой науки, и таким образом проникали в его жизнь затворника.

Пайпер была невысокой – всего сто пятьдесят восемь сантиметров, – но пропорционально сложенной женщиной. Линии ног развитые и изящные, благодаря ежедневной утренней гимнастике и пробежкам в шесть миль. Небольшое лицо в форме сердечка было оживлено глубокими карими глазами с поволокой, в которых таились золотые искорки. Короткие черные волосы разлетались от малейшего дуновения.