– Хотите, чтобы я продолжил?

– Нет, спасибо. Это очень помогло. Если вы не убивали Аугустуса Рольфе, почему вы покинули виллу, не позвонив в полицию? Почему вы пытались бежать из Цюриха?

– Я понимал, что обстоятельства могут показаться подозрительными, и запаниковал.

Детектив скептически оглядел его, словно не вполне веря, что Марио Дельвеккио из тех, кто способен поддаться панике.

– Как вы добрались от Цюрихберга до Главного вокзала?

– Сел на трамвай.

Баэр тщательно осмотрел отобранные у Габриеля вещи.

– Я не вижу тут трамвайного билета. Вы, конечно же, купили билет, прежде чем сесть в трамвай?

Габриель отрицательно покачал головой. Брови Баэра взлетели вверх. То, что Габриель сел на трамвай без билета, представлялось ему ужаснее того, что Габриель мог убить старика выстрелом в голову.

– Это очень серьезный проступок, синьор Дельвеккио! Боюсь, вы будете оштрафованы на пятьдесят франков!

– Я глубоко об этом сожалею.

– Вы раньше бывали в Цюрихе?

– Нет, никогда.

– Откуда же вы знали, что этот трамвай довезет вас до Главного вокзала?

– Я думаю, это была счастливая догадка. Он шел в нужном направлении, я и сел на него.

– Скажите мне еще одно, синьор Дельвеккио. Делали ли вы какие-либо покупки в Цюрихе?

– Покупки?

– Покупали ли вы что-нибудь? Заходили ли в магазины?

– Я купил пару ботинок.

– Почему?

– Потому что, пока я ждал, чтобы меня впустили в виллу, мои туфли промокли на дожде.

– Вы запаниковали. Вы боялись пойти в полицию, отчаянно хотели выбраться из Цюриха и, однако же, потратили время на то, чтобы купить новые ботинки, потому что у вас промокли ноги?