– Я думал, что срок вашей службы кончился.

– Предполагалось, что он кончится полгода назад, но премьер-министр уговорил меня остаться. Учитывая ситуацию на территориях, мы оба решили, что сейчас не время менять руководство на бульваре Царя Саула.

Шамрон, наверное, сам организовал мятеж, подумал Габриель. Разве есть лучший способ сделать себя незаменимым? Нет, такое, пожалуй, выше возможностей даже Шамрона.

– Мое предложение по-прежнему в силе.

– Это какое предложение?

– Заместителем директора по операциям.

– Нет, благодарю.

Шамрон пожал плечами.

– Расскажи мне, что случилось. Я хочу услышать все – с начала и до конца.

Габриель настолько не доверял Шамрону, что подумал было рассказать ему укороченный вариант, исходя из теории, что чем меньше Шамрон знает, тем лучше. Но поскольку это даст им что-то новое для обсуждения вместо ведения старых войн, Габриель рассказал все, начиная со своего приезда на ночном поезде из Парижа и кончая арестом и допросом. Пока Габриель говорил, Шамрон смотрел в окошко, крутя в пальцах зажигалку – по часовой стрелке, против часовой стрелки, по часовой стрелке, против часовой стрелки…

– Ты видел труп?

– Очень профессионально – одним выстрелом в глаз. Он был, по всей вероятности, уже мертв еще до того, как упал. Coup de grace

– Полицейские тебя били?

– Нет.

Шамрон, казалось, был этим разочарован.

Габриель добавил:

– Петерсон сказал мне, что дело прекратили из-за давления, оказанного из Берна.

– Возможно, но Петерсону никогда бы не повесить на тебя смерть Али Хамиди. Привлечь любого человека к суду по делу об убийстве двадцатипятилетней давности достаточно трудно. А привлечь к суду профессионала… – Он пожал плечами, словно о таком даже не говорят. – Убийство Хамиди было осуществлено с большим искусством. Ни свидетелей, ни доказательств.