— Пилюли мне нравятся больше.
— Но у меня их нет. А эти капсулы будут подешевле.
— По сколько?
— По полтора доллара за штуку.
— Ну, ты дерешь.
— Что поделаешь, инфляция. — Фасио улыбнулся.
— И сколько их у тебя?
— Пятьдесят.
— Дай их мне, заплачу на следующей неделе.
— У меня не кредитный банк, приятель.
— Дай мне эти чертовы капсулы! — резко сказал Уолкер. — Заплачу в понедельник.
— О'кей, приятель, о'кей. Успокойся. Я тебе не Генри. На, возьми.
Уолкер залез в свой фургон и завел двигатель. Фасио подошел к водительскому окошку.
— По скольку штук ты принимаешь, приятель? Скажи мне.
Уолкер улыбнулся.
— В день? По шесть. А этих, наверное, еще больше.
— В день?
— В день.
— Господи Иисусе. Конечно, ты хороший покупатель, но тебе надо сбавить темпы. Ты просто не выдержишь таких доз. Окочуришься.
— Подумаешь, испугал, — сказал Уолкер. Выводя фургон задом из проулка на улицу, он все еще улыбался.
6.05 утра
В нескольких милях оттуда, в округе Креншо, Эстер Фиббс припарковала свой микроавтобус на узкой подъездной дорожке, ведущей к ее двухэтажному дому. Она заглушила мотор, выключила передние фары и вышла. На боковой двери было написано большими буквами: ОБСЛУЖИВАНИЕ НА ДОМУ. ФИРМА «ЭСТЕР». Открыв заднюю дверь машины, она вытащила два мешка с продуктами и, поставив их на крыло, кое-как умудрилась закрыть и запереть дверь.
Улица была серая и пустынная. Хотя солнце даже еще не поднялось над крышами, было уже жарко, и Эстер предчувствовала, что днем будет настоящее пекло.
Закрыв входную дверь облупленного коричневого дома, она на миг задержалась внизу у лестницы и прислушалась, тихо ли наверху. Но не было слышно ничего, кроме тиканья будильника над камином, и она, мягко ступая, прошла через длинный холл в кухню в самой глубине дома. Взгромоздила мешки на стол, наполнила чайник водой и поставила его на газ. Затем, убрав мешки, всыпала ложку растворимого кофе в надтреснутую чашку, закурила сигарету и с тяжелым вздохом уселась на стул.