— …где-то в этих местах. Чем раньше начнем проверять дома, тем лучше.

У одного из мужчин в руках был учебник, мы по таким занимаемся в колледже, там на внутренней стороне обложки должно быть написано имя. Мне показалось, что это был учебник арифметики.

Я притаился с другой стороны машины, прячась от света. Желтая линия шла не прерываясь.

Я умирал от желания подойти к отцу и сказать:

— Папа, иди вдоль этой линии — и ты найдешь Дженни.

Но это не имело смысла. Если бы он увидел меня на улице в эту пору, особенно после того, как запер на ключ, он вполне мог залепить мне оплеуху перед всеми этими людьми. Поэтому мне ничего не оставалось, как только идти дальше одному, в темноте, следя за желтой линией и моля Бога, чтобы мой отец никогда не узнал о том, что я ходил по этим местам.

Мне было непонятно, почему Дженни бросила свои книжки, она не такая дурочка, чтобы так поступить со школьным имуществом, а то, что с ней ничего не случилось, доказывал непрерывный след мелка. Единственным объяснением этим оставленным книжкам, возможно, могло быть то, что этот человек предложил Дженни, что сам понесет их, и незаметно их выкинул, зная, что они ей больше не понадобятся. Или он ей сказал, что они скоро вернутся и заберут книжки на обратном пути.

Они шли очень долго, и я решил, что Дженни так и не поняла, что он бросил ее книги. Внезапно я заметил, что дома попадаются все реже, а потом вообще начались какие-то пустоши. И здесь совсем не на чем было оставить метку мелком. Я очутился на самой окраине города, здесь уже тротуаров не было, осталась только дорога.