На следующее утро моей матери пришлось меня будить чуть ли не трижды — так крепко я спал. В школу я все же успел вовремя и едва сел за свою парту, как колокол кончил звонить. Старуха Флэгг взглянула на меня неодобрительно, но сделать ничего не могла.

Отдышавшись, я увидел через две парты от меня Эдди Райли. Парта Дженни пустовала, и это меня очень удивило, она ведь никогда раньше не опаздывала.

Флэгг тут же вызвала меня к доске, и я погрузился в размышления, где же находится прямой угол некоего проклятого предмета. Через десять минут появилась Дженни вместе с другой девочкой, которую звали Эмма Долен.

По окончании урока Флэгг объявила:

— Дженни, вы сегодня наказаны за опоздание — останетесь после занятий. Что касается Эммы, на этот раз я ее не накажу, поскольку знаю, что ее мать больна и ей нужно помогать по дому.

Дженни впервые наказали в школе, и я ей очень сочувствовал.

В полдень Дженни вытащила из своей коробочки коричный леденец красного цвета, она была в ярости.

— У меня был бы сейчас миллион таких леденцов, если бы я не повстречалась с этой дурой Эммой! — пожаловалась Дженни. — Мы с ним как раз шли туда, где он хранит конфеты, и надо же было появиться Эмме и все испортить. Как только он ее увидел, тут же бросил меня одну и исчез! И сегодня днем я уже не смогу туда пойти, потому что должна сидеть в школе после уроков.

Так как на следующий день у нас была контрольная работа и подсказки Дженни мне бы очень пригодились, я постарался завоевать ее расположение и сказал, чтоб как-то ее утешить:

— Я тебя, Дженни, во дворе подожду.

В три часа пробил колокол, и из школы вышли ребята; все, кроме Дженни.

Я остался и играл сам с собой в мяч, бил по нему, бросал в воздух, а потом старался его поймать. Гоняя мяч, я и не заметил, как очутился за два квартала от школы. Вдруг мой мяч ударился о ноги какого-то человека, стоящего под тентом на тротуаре.