Райдер следил за ним в объектив и почувствовал, как хватка, стиснувшая было его тело, ослабевает. Он не смог сдержаться и облегченно вздохнул.

— С вами все в порядке?

Джош услышал голос Рудольфо так, словно профессор находился за толстым стеклом.

Нет. Разумеется, с ним далеко не все было в порядке.

Шестнадцать месяцев назад Джош выполнял одно задание здесь, в Риме. Как выяснилось, он оказался не в том месте не в то время. Райдер фотографировал сцену оживленного спора молодой женщины с коляской и охранника, и вдруг взорвалась бомба. Погибли террористка-смертница, двое случайных прохожих и Андреас Карлуччи, сотрудник службы охраны. Семнадцать человек получили ранения. Мотив преступления так и не был установлен. Ни одна террористическая группировка не взяла на себя ответственность за этот взрыв.

Впоследствии врачи признались Джошу, что они не надеялись на то, что он останется в живых. Когда он через сорок восемь часов наконец пришел в себя, в его сознании начали всплывать разрозненные обрывки каких-то воспоминаний о людях, которых Райдер никогда не знал, о местах, в которых он никогда не бывал, об эпохе, в которой он не жил.

Ни один врач не смог объяснять, что с ним происходит. Не знали этого и все те психиатры и психологи, к которым Джош обращался, выписавшись из больницы.

Они говорили, что налицо была некоторая депрессия, чего и следовало ожидать после этого страшного происшествия, едва не стоившего ему жизни. Разумеется, синдром посттравматического стресса мог вызывать определенные воспоминания, но вот только не такие, от которых страдал Джош. Эти образы были словно выжжены у него в сознании. Они не оставляли ему выбора. Райдер снова и снова возвращался к ним, терзаясь тщетными попытками найти в них какой-то смысл.