Но тут прозвучал острый как бритва крик, проникнутый болью. Юлий забыл обо всем и бегом вернулся в храм, к алтарю.

Его брата не было там, где он с ним расстался.

— Драконт?

Молчание.

— Драконт?

Где же он?

Юлий медленно прошел по боковому проходу храма, погруженного в темноту, затем свернул в следующий. Он нашел Драконта лишь тогда, когда споткнулся о его тело, распростертое на полу.

Юлий подтащил Драконта ближе к мерцающим факелам. Кожа брата уже приняла мертвенно-бледный оттенок. Под распоротым одеянием была видна шестидюймовая горизонтальная рана на животе. Она пересекала вертикальный разрез, доходивший до самой промежности.

Юлий ощутил приступ тошноты. Ему уже приходилось видеть выпотрошенные тела людей и животных. Обычно он удостаивал их лишь мимолетным взглядом. Но одно дело — животные, принесенные в жертву, воины, сраженные в бою, казненные преступники, и совсем другое — Драконт. Это была кровь самого Юлия.

— Ты не должен был возвращаться, — прошептал брат.

Он с трудом выдавливал слоги, как будто те застревали у него в горле.

— Я отправил его в подвал искать сокровища. Я надеялся, но он меня все равно пырнул. Однако у нас есть время бежать… скорее… скорее!

Драконт попытался подняться и сесть. При этом внутренности вывалились из его распоротого живота.

Юлий заставил брата лечь.

— Сейчас нам нужно уходить… скорее… — Голос Драконта становился все слабее.

Юлий сильно надавил на края страшной раны, чтобы остановить кровотечение. Ему страстно хотелось, чтобы вывалившиеся внутренности вернулись на место, рассеченные нервы, кровеносные сосуды и ткани срослись, однако добился он только того, что его руки оказались перепачканы горячим липким месивом.