Кожа у нее смугловатая, карие глаза, казалось, смотрят прямо в душу. Нежные щеки, слегка заостренный подбородок. Густые каштановые волосы мягкими локонами обрамляют лицо. Красота неземная. Но главное – ум, за что он безмерно уважал Мелиссу. Ум глубокий, который всегда, казалось, бросал ему вызов.

Мелисса подошла к нему, а он молчал, не зная, что сказать.

– Привет, Питер. – Посетители прижали их друг к другу. – Как поживаешь?

Он пытался не выглядеть безумно влюбленным идиотом, но понимал, что не получается.

– Прекрасно, Мелисса. У меня все в порядке. Черт побери! Ты выглядишь потрясающе.

В этот момент ему хотелось дать себе оплеуху. Черт побери? Неужели он только что брякнул «черт побери» при женщине, которую любит? В следующий раз надо говорить что-нибудь более уместное либо вообще не открывать рта.

Она продолжала смотреть на него, потом слегка улыбнулась.

– Спасибо.

– Не за что. Всегда пожалуйста.

Они молча стояли, а толпа толкала их, отчего ее голова почти коснулась его груди. Джеймисон понимал, что больше не выдержит и вот-вот крепко обнимет ее, и поэтому заставил себя смотреть в сторону, поверх головы Мелиссы, выискивая в баре что-нибудь отвлекающее внимание. При этом заметил вещи, которых раньше не замечал – модели самолетов на полке за стойкой бара, фотографию «Голубых ангелов» с их подписями – на стене, хвостовую опору F-14, закрепленную на длинной планке… но они не отвлекали. Мелисса рядом. Остальное не имеет значения. За исключением, разумеется, того, чтобы разыгрывать перед ней роль человека, на которого она не влияет.