Со стороны темного холла послышался звук – поскрипывание ботинок. Потом щелчок, еле слышный, как у противопехотных мин, которыми кишмя кишели тропинки и рисовые поля во Вьетнаме. Питер выключил настольную лампу, и кабинет погрузился в темноту.

Щелчок повторился. Шарообразная ручка двери начала поворачиваться. Медленно. Сквозь открывающуюся дверь кабинета стал проникать призрачный свет аварийных ламп. Питер наблюдал, подобно хищнику, выслеживающему свою жертву, понимая, что не стоит беспокоиться, поскольку его охраняет служба безопасности «Диллон». Потом в голове словно прозвучал сигнал боевой тревоги, напомнивший о том, что в деле собственной безопасности он может надеяться только на себя. Джеймисон вскочил и бросился к двери.

Подобно любому, кто нес патрульную службу во враждебном окружении, Джеймисон ценил фактор стремительности. Как бы ему ни хотелось освободиться от этого, сугубо военного, опыта, в нем все еще жил боец, не забывающий боевых приемов, которые помогали ему выжить. Быстрая реакция была его козырной картой, когда приходилось внезапно переходить к обороне.

Джеймисон был крайне недоволен тем, что старые привычки управляют его поступками, и даже подумал об этом, направляясь под их воздействием к двери. Он часто мечтал о том, как, наверное, приятно чувствовать себя человеком нормальным, которому ничего не грозит, и он может спокойно, не опасаясь, открыть дверь. Из-за желания быть нормальным, мягким, добрым человеком Питер и выбрал инженерную специальность, подразумевающую карьеру настоящего джентльмена, а также умственную деятельность, которая никогда не потребует от него физически выматывающих нагрузок, кроме стирания неправильно прочерченных размерных линий.

Вместе с тем Вьетнам сделал Джеймисона своего рода безрассудным, и теперь, увидев, что дверь его кабинета открывает неизвестный полуночный визитер, «неуправляемый псих», контролирующий эту часть его подсознания, громогласно произнес основное правило боя: «Быстрота и натиск – залог победы».