— Красавица, правда? — пробормотал подошедший к Мауре доктор Робинсон.

На мгновение доктор Айлз даже засомневалась, кого он имеет в виду — Госпожу Икс или эту молодую женщину.

— Похоже, она в отличном состоянии. Остается только надеяться, что тело сохранилось так же хорошо, как бинты, — добавил куратор.

— Как вы думаете, сколько ей лет? Есть какие-нибудь предположения?

— Мы отправили образец внешнего слоя ткани на радиоуглеродный анализ. Он съел почти все наши средства, но Джозефина настояла. И пришел ответ: второй век до нашей эры.

— То есть Птолемейский период, верно?

— Вы знаете египетские династии! — радостно улыбнувшись, воскликнул Робинсон.

— Я изучала антропологию в колледже, но, боюсь, уже ничего не помню, кроме египетских династий и народов яномама.

— И все равно я потрясен.

Глядя на обмотанное тканью тело, Маура не переставала изумляться: неужели лежащей в ящике мумии больше двух тысяч лет? Какой путь ей довелось проделать сквозь века, через океан — и все лишь для того, чтобы оказаться на КТ-столе в бостонской больнице под пристальными взглядами любопытных.

— Разве вы не станете вынимать ее из ящика на время сканирования? — удивилась Маура.

— Лучше прикасаться к ней как можно реже. А ящик не помешает. Мы все равно увидим, что находится под льняной тканью.

— Так вы еще ни разу туда не заглядывали?

— Хотите спросить, не пытался ли я размотать ее? — Добрые глаза Робинсона округлились от ужаса. — Бог мой, нет. Вероятно, сто лет назад археологи поступали именно так, потому-то и уничтожили столько образцов. Под верхним покрытием наверняка есть несколько слоев смолы, и просто так снять ткань не получится. Возможно, придется просто прорубаться сквозь смолу. А это не только разрушительно, но и неуважительно. Я ни за что так не поступил бы. — Робинсон посмотрел в окно на темноволосую молодую женщину. — Да и Джозефина убила бы меня за это.