– Корсаков, опусти автомат! – требовательно повторил командир. – Своих же перестреляешь, дурень!

Я медленно, неохотно выполнил приказ, и тут вдруг все окружающее бесследно пропало, а я очутился в кромешной тьме, абсолютно один и без оружия.

– Ну как обстановочка, сержант Корсаков? Ах, извините, майор, – произнес некто со смутно знакомым голосом и полоснул ножом, целя в горло. Убийцу я, разумеется, не видел, но каким-то образом почуял начало смертоносного движения и в последний момент успел низко присесть. Остро заточенное лезвие срезало несколько волосков на макушке. Не дожидаясь повторного удара, я прыгнул вперед ему под ноги и... провалился в пустоту.

– Зря стараешься! – хохотнул «смутно знакомый» у меня за спиной. – Все козыри у нас на руках. Получи гостинца! – невидимая нога мощно саданула меня под ребра. От страшной боли внутренности завязались в тугой, пульсирующий узел. Я с силой закусил губу, стараясь удержать стоны.

– Не нравится, ха-ха. – Теперь голос доносился откуда-то сверху. – Но деваться тебе некуда. Придется играть по нашимправилам! Попробуй-ка удавочку, господин сержант-майор. – Невидимая петля туго стянула шею и резко устремилась вверх. Я оторвался от пола, захрипел в удушье, задергался, как паяц на ниточке, и... проснулся.

За окном тускло светила луна. Напротив открытой форточки слегка колыхалась тюлевая занавеска. Облизнув губы, я почувствовал солоноватый привкус крови. Прокусил-таки во сне! В комнате было тихо, мирно и уютно. Однако ощущение опасности не проходило. Нашарив под подушкой «ПСС», я до боли вслушался в тишину. Ничего подозрительного! Обыкновенные, едва различимые звуки спящей гостиницы. «Померещилось, – решил я. – Башка потихоньку течет. Не так как у Альбертыча, но все-таки... Что же касается сна... Гм! Нормальных, спокойных снов мне давным-давно не приходилось видеть! С той самой проклятой войны». Непроизвольно я вспомнил историю ликвидации банды Ачимесова.