— В любое время дня и ночи, клянусь Одином! — он бросил выразительный взгляд на ее колени, и девушка зарделась.

"Ягуар” съехал с очередного холма на набережную, тянувшуюся вдоль залива. Теперь к западу от них вздымался мост Золотых Ворот, знакомый Каргину по фотографиям и фильмам, а к востоку еще один: стальная блестящая полоса, уходившая, казалось, в бесконечность. Кэти прибавила скорость и повернула на восток.

— Я думал, что штаб-квартира ХАК в Сан-Франциско, — осторожно произнес Каргин, когда автомобиль преодолел-половину моста.

— В Большом Сан-Франциско, — пояснила Кэти. — Это очень широкое понятие.

Окленд, Беркли, Ричмонд, Сан-Хосе, Ньюарк и бог знает, что еще… Я, дружок, не сильна в географии.

— Хороший повод, чтоб заблудиться… особенно с красивой девушкой.

— Сейчас не выйдет, — Каргин уловил в ее голосе нотку сожаления. — Как-нибудь попозже, Керк. Я бы хотела отдать должное вашему коньяку…

Французский? Из Парижа?

— Армянский, бэби. Большая редкость по нынешним временам.

Мост кончился, потянулись городские окраины — Окленд, сказала Кэти; затем шоссе неторопливо полезло вверх, и Каргин, обернувшись, смог любоваться бесчисленными крышами городов и городков, теснившихся на берегах залива. Километрах в пятнадцати от Окленда они перевалили водораздел, и пейзаж разительно изменился: зеленая долина между двумя хребтами казалась почти безлюдной, и лишь в одном месте в разрывах древесных крон мелькало серое, оранжевое и белое: асфальт дорог, черепичные кровли и стены невысоких домов.

— Уолнат-Крик, центр местной цивилизации. Бензоколонка, гостиница, три кафе и пять баров, — Кэти покосилась на городок и сообщила:

— Наши владения южней. Несколько административных корпусов, выставочные ангары, полигон и поселок для служащих. Вы? будете жить на Грин-авеню, семнадцать,

— Это что-нибудь значит? — поинтересовался Каргин.