— Ноги как чужие, голова раскалывается, но оно того стоило. — Нина обняла дочь. — Благодаря этой демонстрации дело в шляпе!

— То есть… ты получила контракт? — Джози, не смея дышать, часто-часто захлопала ресницами — нервный тик изводил ее долгие годы. Откинула назад длинные волосы, открыв худенькое личико уже не ребенка, но еще не женщины.

— А то! «Студия Хамелеон» официально отвечает за грим и спецэффекты для трех следующих фильмов «Чартерхаус Продакшнз».

Джози помолчала, переваривая новость.

— На «Пайнвуд»? — Ей надо было убедиться.

Нина кивнула и проглотила таблетки.

— Начинаем с «Могилы». Съемки через две недели. Конец каникул можешь провести со мной на съемочной площадке.

Дочка бредит актерством. А чем не способ выразить подростковые переживания и эмоции? Все лучше, чем курить или колоться.

Джози надолго онемела. Глаза у нее округлились, щеки надулись — вот-вот лопнут. Наконец она вылетела из комнаты, и до Нины донесся захлебывающийся восторгом дочкин голос — та по телефону делилась новостями с подружками. Мама будет гримировать знаменитостей!

Нина стянула жакет, набросила на спинку стула и отправилась на кухню распаковывать сумки с продуктами, купленными по дороге домой. Налила бокал вина, присела к кухонному столу. Губы сами собой сложились в блаженную улыбку.

Мик пока не знает про ее успех. Вернется — и она сразу ему расскажет. Таких крупных контрактов у «Хамелеона» еще не бывало. Обычно Нина работала на театральных постановках, на съемках моделей и рекламы, немножко — на телевидении. Было несколько художественных фильмов, да и то очень давно, но там Нина всего лишь была на подхвате. Добиться, чтобы «Хамелеон» заметили в условиях крайне жесткой конкуренции, — ее самое заветное желание. Шанс заявить о себе, продемонстрировать собственные таланты: умение превращать актеров в героев фильма, а реальность в фантазию. Главное — преображение, и это удавалось Нине лучше всего.