– С чем пирожки будешь? С картошкой или капустой? – как ни в чем не бывало, спросила баба Ада заглянувшую на кухню внучку.

– С картошкой.

Лиля довольно жмурилась и умиротворяюще улыбалась. Холодное молоко с теплыми пирожками – это удивительно вкусно.

– Уже вылезла? – Артем сграбастал с ее тарелки последний пирожок.

– Не твое дело, скотина!

– Лиля, как ты выражаешься, – нахмурилась бабушка.

– Опять я виновата, да?

– Не огрызайся со старшими… Ой! – всплеснула руками баба Ада, случайно бросив взгляд на большие кухонные часы. – «Любовь и месть« вовсю идет… Тихо мне тут!

Она наскоро вытерла руки и, тяжело ступая, вышла из кухни.

Лиля ненавидяще уставилась на макушку весело болтающего ногами брата:

– Все из-за тебя! Как бы я хотела, чтобы ты исчез!

Артем посмотрел на нее. Холодно и не мигая.

– Криптос-с-сссс вс-с-ссегда с-с-сссдерживает с-с-ссслово… Братиш-ш-шшшка ис-с-счез-с-ссс… З-с-ссдессссь Криптос-с-сссс…

Липкий и вонючий, подобно разлагающейся плоти, страх окутал Лилю, отбирая волю к сопротивлению.

– Криптос-с-ссс хоч-ш-шет ес-с-ссть …

То, что было Артемом, неторопливо приблизилось. Холодные пальчики пиявками впились в Лилину щеку.

– Уж-ш-шассс. Ещ-шш-ше вкуссссснее.

Длинный раздвоенный язык предвкушающее коснулся ее кожи.