Лола и Тела обучали меня горианскому языку. Существование подобных женщин, к тому же в качестве рабынь, в свое время явилось для меня потрясающим и восхитительным открытием. Некоторые реалии Гора предстали передо мной в привлекательном свете.

— А еще, — продолжил я, — у тебя имелась помощница, прекрасная актриса, весьма убедительно сыгравшая роль рабыни. Та, что сумела обвести меня вокруг пальца и выставить круглым дураком.

— Леди Тендрайт, — промолвила Тайма. — Не надо об этом…

— Я жалел ее. А она готовила меня к продаже на аукционе.

— Джейсон! Прошу тебя, не надо!

— Я поверил ей…

— Не надо, Джейсон! Не прикасайся ко мне!

— Должно быть, эта история хорошо вас позабавила. Вы ведь спланировали это вместе, не так ли? — продолжал я. — Странно, твое тело кажется теперь беспомощным и таким маленьким по сравнению с тем, что я помню.

— Да, да! Мы осуществили это вместе, но замысел принадлежал леди Тендрайт. Она решила, что проделать с тобой такую шутку было бы забавно.

— Понятно.

— Не прикасайся ко мне! — снова взмолилась она.

Неожиданно привязанная неподалеку от нас блондинка откинула голову назад и, беспомощно обвиснув в своих узах, пронзительно крикнула, что готова подчиниться.

Леди Тайма содрогнулась, а потом подалась ко мне. Ее остановили ремни.

— Где она теперь? — спросил я.

— Успела убежать из Вонда вовремя. Направилась в Лару, мне кажется. Пожалуйста, продолжай трогать меня…

— Ага, ты умоляешь об этом?

— Да! Я умоляю!

— А как, интересно, действует эта штуковина? — промолвил я, разглядывая топчан с ремнями.

— Джейсон, пожалуйста!

— Вижу, на тебе пока нет клейма. Как, наверное, и на остальных. Но с чего бы это?

— Джейсон!

— Отвечай!

— Нас укладывают на эти топчаны не как рабынь, а как свободных женщин, ибо, владея свободными женщинами побежденного, победитель подвергает врага особому унижению. И для мужчин Ара особое наслаждение — всего за долю тарска воспользоваться любой из более чем тысячи свободных женщин Вонда, привязанных к топчанам для удовольствий.