— Извините, — решительно отказал мэр прежде, чем Макс успел что-либо добавить. — Сперва вы должны представить на рассмотрение отчёты, планы и проекты в низшие инстанции, через обычные каналы.

Улыбка слетела с лица Макса. За кого он, этот второсортный политикан, его принимает? Он не мог позволить мэру уйти сейчас, когда был так близко к успеху. Должен же быть какой-то метод заставить идиота признать свои ошибки!

Селина поставила на стол поднос с серебряным кофейником и парой изящных чашечек китайского фарфора.

— Гммм, — промычала она в нерешительности, — у меня к вам предложение. Ну, даже чуточку больше, чем вопрос…

Макс свирепо посмотрел на неё, моментально заставив замолчать. Он вынужден любезничать с мэром, но любезничать с Селиной — нет уж! О чём она думала, встревая в их разговор? Или она забыла, где место секретаря?

— Боюсь, мы ещё не привили мисс Кайл хорошие манеры, — извинился перед мэром бизнесмен. Он, улыбаясь, махнул на поднос. — С другой стороны, она дьявольски здорово варит кофе.

Но, если уж он решил загнать мышку в угол, не стоит прерываться. Макс подтолкнул мэра из офиса, даже не притронувшись к кофейнику и чашкам.

Селина посмотрела вслед удаляющемуся боссу. Что она такого сделала?

Глупая овца!

Чип улыбнулся ей той улыбкой, от которой, наверное, таяли, растекаясь по полу, его сокурсницы в колледже, и которая была такой же фиктивной, как и его почасовая работа в фирме отца.

— Благодарю, — сказал он, галантно поведя рукой на кофейный поднос. — Во всяком случае, не твой кофе, а повиновение заставляет нас крутиться здесь целый день.

Он одарил её очередной улыбкой, прежде чем повернулся и поспешил вслед за отцом.

Селина подождала, пока он скроется за дверью, а потом ответила:

— Пошёл ты, Чип…

С секунду она пристально смотрела на поднос, затем с досадой шлёпнула себя по лбу.