Их таинственный пассажир до сих пор не хочет говорить о точном месте прибытия. Но Фаррендаль тревожил не этот факт; не беспокоили ее и слухи о несметной добыче капитана. Более всего ее волновал вопрос, поделится ли капитан частью своего богатства с остальными членами экипажа или хотя бы со своими приближенными.

– Мне не нравится этот запашок, – озвучила Фаррендаль свои мысли. – Попахивать стало еще с самого начала, а теперь переросло в настоящую вонь.

Сидящий неподалеку сородич беззвучно рассмеялся, обнажив белые клыки.

– С каких это пор кошки научились извлекать пользу из своего нюха? – сквозь смех спросил он.

Сородич!.. И с такими мерзавцами приходится иметь дело! Грубые, неотесанные, кровожадные наемники! Фаррендаль переполняло презрение к ним.

– А разве я была кошкой? – вопросом на вопрос ответила она Трану и положила свою лапу на приборную панель.

Растопырив пальцы, Фаррендаль медленно выпустила все когти и провела ими по панели. Послышался душераздирающий скрежет.

– Кошкой?! – сделав непонимающий вид, воскликнул Тран. – Разве я назвал тебя кошкой? Кто, будучи в здравом уме, осмелится тебя так назвать?

– Я видела однажды кошек. Они рылись в помоях на заднем дворе какой-то харчевни. Кажется, это было на Аменхотепе-Девять. Отвратительная картина. Так объясни же мне, в чем сходство между мной и этими неприятными тварями?

– Не цепляйся за слова, Фаррендаль.

– Нет, ты все-таки просвети меня!

– Ладно. Тебя роднит с ними то, что ты тоже прозябала на заднем дворе. Разве не так?

В одно мгновение Фаррендаль вскочила и резким ударом свалила обидчика на пол. Трану повезло: в целях экономии искусственная гравитация была включена не на полную мощность. Он несколько раз плавно перевернулся в воздухе, задел всевозможные предметы и лишь после этого приземлился в десятке шагов от Фаррендаль.